Юрий Андриевский о призыве в Афганистан: я даже не знал, куда едем

25 декабря 1979 - день ввода советских войск в Афганистан. «Блокнот» побеседовал с участником событий тех лет, Юрием Андриевским, военным летчиком, депутатом из Новороссийска.

Курсант Ю. Андриевский

- Вспомните события тех дней? Как вас призывали тогда? Как все происходило?

- Меня не сразу призвали. Я ушел весной. Мы не знали, что ввели войска в Афганистан, потому что у нас тогда работало политбюро, а оно не давало информации. А я призывался из Новороссийска. Я даже не знал, куда мы едем. Нас вначале повезли в Краснодар. Там посадили на поезд и вперед. А куда путь держим – мы не знали. Привезли на Кушку (после 1999 года - Серхетабад) – самую южную точку России. Там крест стоял. При императрице Екатерине поставили кресты такие огромные на всех крайних точках Росси. Вначале определили в пехоту, потом понадобились водители – я тогда водителем пошел. Нас подготовили в городе Байрам-Али, а потом перебросили вертолетами в город Баграм. Там интересный случай был. Повезли нас. Колона большая. Ребята молодые, только переодетые в форму. Везут нас в машине, а автоматы поставили в ящиках в кабине машины и сказали, если будут стрелять, достанете и будете отстреливаться. И мы едем. Сопровождает вертолет колонну. Впереди БМП. Едем и БМП начинает стрелять. Все молодые ребята, головы тянут, интересно же и еще не страшно. И вдруг видим, со стороны, откуда стреляли, идет афганец в шароварах, пиджаке, шапке. У нас у всех было ощущение, что его сейчас просто расстреляют. Он, подходя к колонне начинает на ломаном русском языке кричать песню «Подмосковные вечера». Рассмеялись, выдохнули. Колонна пошла дальше, и мы прибыли в город Пули-Хумри. Там уже нас распределили по машинам, и мы стали выполнять боевые задачи. В Афганистане я был год. Оттуда написал заявление. Увидел в списке Курган, правда, перепутал его с Курганинском. Думал, на юг поеду, но отправился на Южный Урал. Поступил в военное училище, его окончил и стал офицером.

Из архива Ю. Андриевского: "Мы с Шалимовым В.В., тоже афганец"

- Вы военную карьеру изначально и планировали строить?

- Да у меня все родственники военные. Начиная еще с царских времен были в роду казаки. У меня есть фотография 1921 года, на ней человек 30, с шашками. У многих были зачеркнуты лица. Спрашивал деда, почему так, он объяснил, что это - «враги народа». Часть родичей в Белой гвардии, а часть – в Красной армии. Вот так было.

- Вы потомственный воин!

- Да, только сын по моим стопам не пошел. Рассчитываю на внука. Старший внук точно не пойдет. А младший, может быть, будет офицером. Хочет летчиком быть. Посмотрим. Может быть, и продолжит.

- Как в стране относились к военным событиям в Афганистане?

- До 85 года в стране почти ничего не знали. Только когда пошли «груз 200», а раненые в Ташкент направлялись, тогда люди и начали догадываться, что идет война в Афганистане. Ребят отправляли туда. Наши были, дороги строили. Простые афганцы к нам нормально относились, потому что Россия очень много построила и помогала. И воспитаны были по-другому, не как американцы. У нас в стране относились по-разному, как и сейчас. Но тогда была сильнее идеология. В девяностые годы мы ее потеряли и пожинаем до сих пор плоды девяностых. Сейчас президент дал указания поднять престиж офицера и солдата. Работа ведется, много фильмов снято.

Анна Кушнарева

Фото из архива Ю. Андриевского